Гавай-Даяк

Вечер, когда жадность выставляют за дверь

Гавай-Даяк отмечает конец уборки риса и благодарит за благо, согласие, пропитание и удачу. Он принадлежит ибанам, бидаюхам, каянам, кеньяхам, келабитам и прочим народам оранг-улу Саравака; его держат и даякские общины Западного Калимантана, на индонезийской стороне Борнео, — но там это не выходной.

Последний майский вечер — муай анту руа, изгнание духа жадности. Дальше идёт миринг, он же бедара: обрядовое раскладывание подношений. В галерее длинного дома поднимают раньяй, древо жизни. В полночь наступает ай пенгаю, тост за долгую жизнь, и с этой минуты праздник открыт.

Нгабанг, а потом циновки скатывают

С 1 июня в ходу нгабанг — открытый дом. Ходят от двери к двери и от длинного дома к длинному дому; никто не уходит некормленым, а туак наливают хоть в девять утра, хоть в девять вечера. Нгаджат, танец, танцуют в уборах из перьев птицы-носорога и в чеканном серебре, а в Кучинге празднование выплёскивается на улицу шествием. Весь месяц держится вольно, и по-настоящему он не кончается до нгилинг бидай, скатывания циновок, в конце июня.

Как радиопередача стала выходным

Гавая не всегда было в календаре. В 1962 году двое радиопродюсеров, Тан Кингсли и Оуэн Лианг, выдвинули мысль об официальном дне даяков. Майкл Бума провёл первое — неофициальное — празднование в Бетонге 1 июня 1963 года. Тра Зендер и Барбара Менду Бай отстаивали дело в Государственном совете, и главный министр Стивен Калонг Нинкан признал его: праздник был объявлен указом 25 сентября 1964 года и впервые отмечен официально 1 июня 1965 года.

Он остаётся выходным Саравака и больше ничьим. У Сабаха и Лабуана свой праздник урожая, Тадау Каматан, 30 и 31 мая, — так что два конца Восточной Малайзии празднуют один и тот же рис с разницей в день и под разными именами.